Гламур

День Мукачева 2016

Вже другий рік поспіль День Мукачева святкують у Замку Паланок, де влаштовується театралізоване дійство.
Гостей вітають справжні володарі цього замку-фортеці, яку ніяк не могли взяти вороги.
Переплітіння історій різних народів, любов, страждання, боротьба... Все це є в історії Паланку - візитівки міста над Латорицею.

В цей день вхід до Паланку був вільним, тому зібралося чимало гостей:


Collapse )
Гламур

Один дощовий день в суботу

У першій половині дня доща ще не було, він тільки збирався. Тому не було жодної причини не сісти на перший-ліпший автобус на вулиці Миру в Мукачеві і не поїхати в місце, де я ще не була).

Автобус, що мені попався, їхав через Чинадієво - це там, де славетний Замок кохання. До того в цей день там проходила виставка троянд. Але в замку я була, да і настрій був такий, що хотілось чогось іншого - природи, відкриттів і дійсно нових місць.

І ось висадили мене на кінцевій зупинці, село після Чинадієва - Бистриця. Дощик почав капати, але поки я випила кави в одному з двох сільських магазинів, раптово закінчився. І я вирушила туди, де зеленіли гори, обіцяючи дива)
Collapse )
Гламур

Сверхплановая труба

Бывший глава Луганской ОГА, а ныне – нардеп от Партии регионов Александр Ефремов виновен в уничтожении Стахановского коксохимзавода (г. Стаханов, Луганская область). Об этом заявил бывший директор СКХЗ Сергей Титов в интервью интернет-изданию «ОстроВ». Титов также предоставил в наше распоряжение документы, свидетельствующие о том, что подконтрольное Александру Ефремову ЗАО «Фонд» целенаправленно способствовало остановке производства и банкротству предприятия, оборудование которого, в последствие, было вывезено и распродано по цене металлолома.

Первые материалы о деятельности Александра Ефремова на посту губернатора Луганщины попали в сеть уже довольно давно. Об участии ефремовских структур в сомнительных бизнес-схемах, доводивших различные государственные предприятия Луганской области до банкротства, написано множество статьей и даже целая книга - «Белая книга Луганщины».

Однако, документы, подтверждающие участие подконтрольных фирм Ефремова в уничтожении луганской промышленности мы публикуем впервые.

Collapse )

Луганскую область Александр Ефремов возглавил в 1998 году. До этого год протрудился на должности заместителя главы ОГА. После прихода Александра Сергеевича во власть, в области началось то, что некоторые местные предприниматели в последствие называли «газовой атакой». Компания ЗАО «Фонд», где губернатор числился среди учредителей, стала монополистом по поставкам природного газа на предприятия Луганщины, причем газ ЗАО «Фонд» продавало по цене в два-три раза выше той, что действовала на тот момент.

ЗАО «Фонд» было основано в 1997 году. Ефремов числился в нем учредителем с 11 марта 1997 года по 22 марта 1999 года (владел 75 акциями или 10% статутного фонда). В это же время он работал в Луганской ОГА. Также ЗАО «Фонд» с ноября 1997 года являлось учредителем другой коммерческой структуры - ЗАО «Луганский энергетический альянс», которое в свою очередь с 25 мая 1998 года являлось учредителем КБ «Укркоммунбанк», где председателем правления с конца 1996-го до июля 1997 года был Александр Ефремов. Все это выявила проверка, проведенная по поручению Кабмина от 25 февраля 2000 года № 3085/5.

Помимо Александра Ефремова учредителями ЗАО «Фонд» числились Анатолий Кристенко, Юрий Самохвалов и Александр Киселев. Про первых двух ныне почти ничего неизвестно, а вот Киселев – личность довольно популярная. Многолетний партнер Ефремова входит в список самых богатых людей Луганской области и является депутатом облсовета от Партии регионов. Состояние его оценивается в 130 млн долларов. Киселев до сих пор является владельцем ЗАО «Фонд», где ему принадлежит 90% акций (в 1997 году принадлежало 60%). ЗАО «Фонд» осуществляет контроль над заводом «Луганскэмаль» (банкрот), Лисичанским заводом резинотехнических изделий, частью Стахановского завода технического углерода и смолоперерабатывающим цехом того самого бывшего Стахановского коксохимического завода, ликвидированного в результате банкротства. Все эти предприятия в свое время перешли в собственность компании Киселева и Ефремова за газовые долги.

Стахановский коксохимзавод просто не мог не попасть в поле зрения ЗАО «Фонд», ведь предприятие это было одним из крупнейших потребителей природного газа в области. По словам бывшего директора СКХЗ Сергея Титова, еще в бытность Ефремова заместителем главы ОГА, его, как и других руководителей промышленных предприятий региона, вызывали в Облгосадминистрацию, где вынуждали заключить договора на поставку топлива с ЗАО «Фонд». Рыночная цена 1 тыс. м. куб. газа в то время составляла около 30 долларов США, однако ЗАО «Фонд» продавал газ на предприятия по 85 долларов. Закономерным итогом такого «сотрудничества» могли быть только долги и банкротство…

- Звали в Облгосадминистрацию, там Дзонь еще такой был. И гоняли по кабинетам – то к Ефремову, то к Дзоню. Под одним все время предлогом – газ брать только у ЗАО «Фонд» по 85 долларов. Газ на то время стоил максимум 40. То есть вот таким образом, этим газом они загнали всю область в тупик. На шахты точно так же везде шло. А потом за несуществующие долги порезали на металлолом, как смогли, – рассказал Сергей Титов.

Бывший директор СКХЗ Сергей Титов

Перед началом работы с ЗАО «Фонд» СКХЗ переживал не лучшие времена. Стаханов был первым донбасским городом, где началась реструктуризация угольной отрасли, поэтому в 1996 году часть городских шахт была ликвидирована, а на остальных добыча практически не велась. Из-за этого Стахановский КХЗ, получавший сырье с ПО «Стахановуголь», остался без коксующихся углей и остановил углекоксохимическое производство – почти 50% мощности завода.

С июля 1996 по октябрь 1997 года завод работал в составе смолоперерабатывающего цеха, отделения инден-кумарованных смол, термоантрацитового цеха, а также вспомогательных подразделений (промышленная котельная, железнодорожный цех, транспортный цех, ремонтно-механический, электрический, КИП и т.д.) – которые входили в состав коксохимического завода и находились на его балансе.

СКХЗ, разумеется, не потянул завышенную почти в три раза цену за топливо и довольно быстро влез в долги. В октябре 1997 года (менее, чем через год, после начала «сотрудничества») ЗАО «Фонд» прекратил подачу природного газа на завод из-за образовавшейся задолженности в более чем 7 миллионов гривен, и производство было полностью остановлено.

В зимний период 1997-98 гг (из-за отсутствия газа) была остановлена котельная, в результате чего часть оборудования и агрегатов были заморожены, пострадали паропровод и пекопровод, без отопления осталась подшефная школа № 17, где были остановлены занятия. Производственные мощности простояли 8 месяцев, а коллектив завода (1200 человек) был отправлен в бесплатные отпуска.

В июле 1998 года ЗАО «Фонд» возобновил поставку газа на завод, но лишь для переработки собственного сырья. СКХЗ стал фактически заложником своих кредиторов и мог работать только с их разрешения и для удовлетворения их нужд. Принимать сырье от других поставщиков Стахановскому КХЗ строго запрещалось.

В официальном письме, направленном исполнительным директором ЗАО «Фонд» Анатолием Кристенко директору Стахановского КХЗ, структура губернатора Ефремова угрожала перекрыть газ заводу в том случае, если предприятие посмеет брать на переработку сырье других поставщиков. Фактически руководству завода связали руки, не дав возможности работать и выплатить долг, ведь сырье ЗАО «Фонд» загружало производство лишь на 4,5%.

Текст письма ЗАО «Фонд» настолько показателен, что имеет смысл процитировать его полностью в этой статье:

В последнее время к нам поступает информация о намерениях руководства завода заключить договора с различными коммерческими фирмами на переработку сырья на Брянковском участе по производству термоантрацита, а также на Стахановском участке по переработке каменноугольной смолы.

Еще раз напоминаем вам, что нами организована работа этих участков исключительно для переработки принадлежащих ЗАО «Фонд» сырья и материалов. Только для этой цели нами, при остающемся огромном долге за потребленный природный газ Вашего завода (1,2 млн долларов США) была возобновлена поставка газа на указанные производства.

Категорически предупреждаем Вас, что если руководством предприятия будет предпринята попытка получения или переработки сырья, не принадлежащего ЗАО «Фонд», нами будет немедленно прекращена поставка газа на предприятие, со всеми вытекающими последствиями.

После этого мы примем меры по передаче дела в Арбитражный суд с последующими действиями по банкротству предприятия.

Письмо ЗАО «Фонд» директору СКХЗ

В ответном письме директор СКХЗ Сергей Титов попытался объяснить целесообразность максимальной загрузки производства.

При контроле ЗАО «Фонд» за производством и ценами на продукцию, участие других организаций обеспечило бы достаточно интенсивное погашение задолженности завода за потребленный газ. Выбранная сторонами тактика отстранения других организаций от сотрудничества обеспечила лишь эпизодическую низкорентабельную работу цехов.

Ваша тактика удержания монополии на производство и сбыт продукции при необеспечении сырьем, недостаточности рынка сбыта, ведет к остановке производства и социальному взрыву в коллективе.

Письмо С. Титова к ЗАО «Фонд»

Писал Титов и в Министерство промышленной политики Украины, где также разъяснял ситуацию, да только положение это так и не изменило.

Письма Титова

По словам Титова, у сотрудников ефремовского ЗАО «Фонд» на самом деле была одна цель – прибрать к рукам наиболее рентабельные цеха завода за искусственно созданные долги. Так в последствие и случилось.

Уже в апреле 1999 года кредиторы вынудили Титова написать заявление об уходе и поставили на руководящий пост сотрудника ЗАО «Фонд» - Александра Зябрева.

Рассказывает Сергей Титов:

- Я бы не увольнялся с завода, но ежедневные приезды ребят, скажем так, спортивного вида, которые рассказывали, что собираются со мной сделать… Они требовали, чтобы я оттуда ушел, чтобы назначить кого-то своего. Сначала упирался, но отец тогда настоял, сказал – брось, оно тебе на хрен не надо. Заворачивайся и рассчитывайся. Уволился – и погнали они грабить, как могли…

Для примера приведу случай. Это было, по-моему, в 1999 году. На заводе, в смолопергонном цеху лежала колонна. Это такая технологическая штука. Так вот во время всех этих передряг она каким-то образом не прошла по бухгалтерии, и была нигде не учтена. Никто толком не знал, откуда она. Мы хотели ее оформить по всем правилам, но потом началась вся эта движуха с Ефремовым, и стало не до этого. Спустя некоторое время, уже после моего ухода, выяснилось, что завод получил какой-то транш – чуть более 1 млн долларов на модернизацию производства. И вот они показали по документам, что купили на эти деньги вот эту колонну…

Осенью 1999 года самый рентабельный смолоперерабатывающий цех СКХЗ был продан Зябревым за долги на аукционе, в котором участвовали только две ефремовские структуры - ЗАО «Фонд» и «Луганский энергетический альянс». Аукцион выиграл ЗАО «Фонд», который представлял партнер Ефремова - Евгений Слапак. В будущем - начальник отдела машиностроения управления промышленности Луганской областной администрации. Верных людей Ефремов перетягивал из коммерции к себе на госслужбу в ОГА.

Продажа цеха проходила с грубыми нарушениями законодательства, согласно которого, в торгах обязательно должны участвовать не менее трех покупателей (участвовали два, тесно связанные между собой одними учредителями). Обязательного залога покупатели также не внесли.

ЗАО «Фонд» приобрел смолоперегонный цех за 2 578 144,62 грн, однако все эти деньги пошли в счет погашения кредита за газ все тому же ЗАО «Фонд» по предельно простой схеме.

28 сентября 1999 года руководитель СКХЗ Александр Зябрев заключил с банком «Укркоммунбанк» (также контролируемым Ефремовым) кредитный договор № 345 на получение кредита в сумме 2 574 970 грн для оплаты поставок газа. Поручителем по довговору выступил все тот же ЗАО «Фонд». На его счет, находящийся в том же банке, и перевел полученные кредитные деньги коксохимзавод, в качестве оплаты за природный газ согласно договора №43/ю 42/Ф-60 от 15.12.1998 без НДС. В свою очередь, деньги, полученные СКХЗ от продажи смолоперегонного цеха (2 578 144,62 грн), были зачислены на ссудный счет завода в «Укркоммунбанке» Ефремова, как погашение кредита (разница в 3 174,62 грн – проценты за пользование кредитом). Таким образом, сам завод не получил от продажи цеха ни копейки.

На момент продажи смолоперерабатывающий цех – был единственным работающим подразделением предприятия. После его выхода из состава СКХЗ завод окончательно утратил шансы спастись. В 2000 году суд объявил его банкротом и назначил ликвидаторами лиц от ЗАО «Фонд», являвшегося основным кредитором. Ликвидационная комиссия поставила на завод свою охрану, сотрудников которой ежедневно возили в Стаханов из Луганска, заводская же охрана в количестве 10 человек, заинтересованная в охране материальных ценностей завода, как и прочие сотрудники СКХЗ, была сокращена в связи с ликвидацией предприятия. После этого умерший СКХЗ стали просто разносить по кирпичику.

В марте 2000 года были порезаны на металлолом и вывезены с завода металлоконструкции коксового цеха. В октябре - ушла офисная мебель и все основные средства, представляющие какую-либо ценность. В ноябре сотрудниками ЗАО «Фонд» было демонтировано и вывезено с территории оборудование заводских теплиц, стоимостью около 25 тыс. грн. (по тем временам – большие деньги). В январе 2001 года с территории закрытого коксового цеха вывезли 200 железобетонных блоков. В марте с аукциона за 5000 грн продали заводской клуб «Химик» и гараж для легковых автомобилей.

На все вопросы сотрудников завода (не видевших зарплаты с 1996 года) о том, куда уходят вырученные деньги, бухгалтер СКХЗ Валентина Самарская отвечать отказалась. Выплат долгов по зарплате люди ждали напрасно - ни зарплат, ни регрессных выплат, ни выходного пособия бывшие рабочие завода-банкрота так и не увидели, что является грубейшим нарушением законодательства Украины.

В статье 31 «Очередность удовлетворения требований кредиторов» Закона Украины «О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом» от 30.06.1999 говорится, что в первую очередь при ликвидации предприятия выплачивается выходное пособие уволенным работникам, во вторую - удовлетворяются требования по задолженности по заработной плате, в третью – налоги, и лишь в четвертую – требования кредиторов. Однако для губернатора Ефремова и его ЗАО «Фонд» закон оказался лишь игрушкой.

Бывшие работники СКХЗ буквально бомбардировали правоохранителей жалобами и заявлениями. Написали коллективное письмо президенту Кучме, Генеральному прокурору, в управление СБУ Луганской области и областное управление МВД. В результате правоохранителями все таки было возбуждено уголовное дело по признакам ч.3 ст 148-22 УК Украины, однако до суда оно так и не дошло. Директор СКХЗ Зябрев в 2000 году был на несколько дней взят под арест, но затем вышел на свободу и безнаказанно продолжил работу в должности директора смолоперегонного цеха, проданного им на аукционе в 1999 году ЗАО «Фонд».

Жалобы работников СКХЗ

Итог всей этой истории печален и закономерен. Сегодня на месте Стахановского коксохимзавода остались лишь унылые руины, пригодные разве что для игры в страйкбол. Останки промышленных построек местное население разобрало на стройматериалы и арматуру. На месте бывших цехов можно увидеть только горы битого кирпича, да одинокую трубу – своеобразный памятник загубленному производству.

Подобная участь постигла десятки, если не сотни, предприятий Луганской области. Руины остались на месте Луганского завода эмалированных ванн, также попавшего в долговую кабалу к ЗАО «Фонд». В 2000-м году перестал существовать Алмазнянский металлургический завод. Закрылись фабрики легкой промышленности и десятки шахт.

Сегодня Луганская область признана в Украине наиболее депрессивной по ряду показателей. В 2012 году регион был признан худшим в Украине по уровню безработицы. Официально трудоустроено здесь лишь 57% трудоспособного населения.

Неофициальным хозяином области по-прежнему считается бывший губернатор, лидер парламентской фракции Партии регионов Александр Ефремов. Его партия на последних выборах имела наибольшую поддержку местного населения…

Станислав Кметь, «ОстроВ»

Гламур

Как убивали луганский углепром


Как убивали углепром, или Почему шахтерские города стали «депрессивными»

Еще совсем недавно Стаханов Луганской области считался образцовым шахтерским городом. С тех пор, как в 30-е годы тут был поставлен рекорд Алексея Стаханова, в честь которого населенный пункт затем получил нынешнее название, городу всегда уделялось особое внимание. Стаханов стал брендом, местом, где родилась одна из самых известных советских легенд.

История Стаханова делится на два периода – до реструктуризации угольной отрасли и после. В советские годы город шахтерской славы, разумеется, трудился преимущественно под землей, добыча шла ударными темпами, вытягивая на себе всю городскую социальную сферу. В 1990 году, перед коллапсом социалистической экономики, на шахтах Стаханова и вспомогательных предприятиях угольной отрасли трудились 18 тысяч человек – пятая часть населения. В техническую обслугу шахт входили ремонтно-механический завод, автобаза, ремонтно-строительное управление, коксохимический завод и ряд других предприятий. Накануне реструктуризации, катком смявшей все это хозяйство, доля всего этого промышленного комплекса составляла в экономике города 28 процентов.

Реструктуризация украинской угольной отрасли, на деле вылившаяся в бездумное уничтожение и разграбление угледобывающих предприятий, по злой иронии судьбы стартовала именно на родине стахановского движения, а ГХК «Стахановуголь» оказалось единственным полностью ликвидированным угольным объединением. Теперь в бывшем административном здании предприятия на улице Дзержинского располагаются адвокатские конторы и банк.

В результате поспешного закрытия всех шахт «Стахановугля», население охватила безработица, а сам Стаханов за короткий период превратился в город-оксюморон - названный в честь шахтера-рекордсмена, он за короткий срок остался вовсе без угледобывающих предприятий.

Первой закрылась шахта «Ирмино-Центральная», где в свое время состоялся стахановский рекорд. Она прекратила работу в 1995 году, ровно через сто лет после начала работы и в год 60-летнего юбилея стахановского движения. Вскрытые и подготовленные запасы угля на шахте составляли почти 20 млн тонн, но в то время на это внимание не обращали. Варварская реструктуризация похоронила немало перспективных шахт.

Следующей в 1996 году закрылась шахта имени Ильича - одна из старейших в Украине. Основанная еще в 1896 году, как Кадиевский рудник №1, шахта обладала гигантскими запасами топлива. Перед реструктуризацией на предприятии были построены новые стволы и копер, готов пристволовой двор, работала собственная подстанция, АБК, вскрывались большие запасы коксующегося угля, но комиссия из Киева, побывав на месте, почему-то решила, что все это не нужно, и шахте в момент подписали приговор. Вскоре она была закрыта и затоплена. Ныне ее территория представляет собой полигон для съемок фильмов про апокалипсис. Почти все постройки уничтожены, останки конструкций местное население разбирает на стройматериалы.

В 1997 году ликвидирована шахта «Максимовская», с закрытием которой в поселке Максимовском исчезли все предприятия.

В 1998 попала под нож реструктуризации последняя шахта — имени Честнокова, после закрытия которой Стаханов окончательно утратил статус шахтерского города…

По подсчетам специалистов, четыре закрытые шахты ГХК «Стахановуголь» располагали запасами в 82 миллиона тонн ценного коксующегося угля. Эти запасы были безжалостно похоронены в земле, в то время, как инфраструктура города терпела кризис, а население – нищету и лишения.

Итогом реструктуризации стало снижение доли угольной промышленности в городском бюджете с 28 до 1,5 процентов. Сам бюджет Стаханова ныне на 40 % состоит из государственных дотаций, без которых город просто не проживет.

На закрытие шахт в Стаханове экономили, как могли. Средств выделялось в три-четыре раза меньше, чем того требовала необходимость. В результате реструктуризация на деле оказалась попросту уничтожением производства. Когда рабочим становилось известно о предстоящем закрытии того или иного предприятия, то процесс принимал неуправляемый характер. Коллектив бросался искать новую работу, горняки рассчитывались и бежали туда, где им еще находилось местечко. Показатели добычи падали, и оснований для ликвидации предприятий становилось все больше.

Такой подход не мог не сказаться на жизни горожан. Стаханов стал стремительно терять население, продолжительность жизни людей сократилась на 10 лет. В шахтерских поселках до сих пор свирепствует алкоголизм и депрессия. На улицах то и дело встречаются руины брошенных жилищ.

Методы, которыми проводилась реструктуризация угольной отрасли в Стаханове, в своем интервью описал бывший мэр города Сергей Левачков.

- Когда начали закрывать шахты, я был мэром Стаханова (1995 год). Не было никаких проектов. Никто не удосужился даже предупредить местные власти. Я, городской голова, узнал о закрытии шахты «Центральная-Ирмино» совершенно случайно. Мне позвонил начальник управления по тушению породных отвалов и сообщил, что приступает к засыпке ствола. Министр подписал приказ о закрытии шахты, генеральный директор его продублировал, и тут же отдали распоряжение засыпать ствол. Причем засыпали все, что там было. Всю технику, все оборудование оставили там.

– Неужели не было проведено абсолютно никаких подготовительных работ?

– Нет. Вывели всех людей из шахты и начали засыпать. Рабочих распределили по другим шахтам, потом эти люди потерялись, и на этом дело и закончилось. «Центральная – Ирмино» была большим предприятием, образованным из трех шахт. На ней была проведена серьезная реконструкция. Там были уникальные охлаждающие установки и не только. На шахте были представлены практически все передовые горные технологии. И все это похоронили.

– Остались ли какие-либо промышленные запасы на закрытых шахтах?

– Я не могу назвать точных цифр, но очень много.

Пример Стаханова – не единичен. Похожая судьба постигла практически все шахтерские города Донбасса, где шахты уничтожались также лихо и бездумно. Все они похожи один на другой, как шахматные пешки. Одинаковые судьбы, идентичные проблемы…

В развале угольной отрасли Украины сегодня принято винить Мировой банк, по требованию которого якобы проходила столь хаотичная реструктуризация угольной отрасли. Действительно, Мировой банк требовал от Украины закрывать нерентабельные предприятия. Во всяком случае, именно на требования МБ ссылался экс-премьер Пустовойтенко, чье правительство проводило реструктуризацию отрасли:

«Таким было требование Мирового банка — закрыть нерентабельные предприятия, иначе Украина не получит финансовой помощи», - заявлял глава тогдашнего правительства.

Однако, Мировой банк, как известно, на ровном месте ничего требовать не мог. На реструктуризацию им были выделены немалые средства, призванные максимально смягчить болезненный процесс, но этих денег шахтерские города, напомним, так и не увидели. Немного разъяснил сложившуюся ситуацию в своем недавнем интервью «ОстроВу» известный луганский общественник и бизнесмен Константин Ильченко.

«Почему шахты закрывались так бездумно и, в конечном итоге, попросту резались на металлолом? Деньги, поступающие от Мирового банка якобы на реструктуризацию шахт, на самом деле оседали на счетах представителей семьи Леонида Кучмы. А чтобы на местах губернаторы, руководители угольных объединений и другие чиновники не задавали «ненужных» вопросов, угольные шахты, что называется, отдали им на откуп. С одним условием: за уничтожение шахт чиновникам разрешалось списывать на предприятия, подлежащие реструктуризации, горно-шахтное оборудование и вывозить его контрабандой в Россию (которая такое оборудование тогда не производила). И таким образом всем стало «хорошо».

Ильченко напрямую обвиняет в уничтожении луганской угольной промышленности экс-губернатора Александра Ефремова. По его словам, именно при личном участии Ефремова, шло на металлолом оборудование луганских шахт.

Стаханов экс-губернатор тоже не обделил своим вниманием. Принадлежащее Александру Ефремову и его партнерам ЗАО «Фонд» в конце 90-х занималось поставками газа на ГХК «Стахановуголь». Объединение было вынуждено покупать газ у губернатора по цене на тот момент почти в два раза превышавшей рыночную. В результате, уже в 1998 году (всего через несколько месяцев сотрудничества с ЗАО «Фонд») долги «Стахановугля» за газ перед структурой Ефремова составляли 4,5 млн грн. Итог такого «сотрудничества» нам уже известен – «Стахановуголь» стал банкротом и был полностью ликвидирован.

Впрочем, после закрытия всех стахановских шахт, добыча угля в городе не прекратилась. Теперь Стаханов находится фактически в кольце нелегальных шахт и карьеров, владельцы которых спешно выбирают из земли то, что не успели добыть государственные шахтеры. А вместо рекордных показателей работы местных шахт в новостях куда чаще появляются сюжеты такого рода.

Станислав Кметь, «ОстроВ»

Гламур

Еще одна трагедия после прививки (Луганская область)

Оригинал взят у dibrov_s в Еще одна трагедия после прививки (Луганская область)
Вчера в городе Брянка (Луганская область) похоронили ребенка, который умер вскоре после плановой прививки.

К сожалению, это далеко не первая подобная трагедия за последнее время. И хотя чиновники от медицины, по всей видимости, захотят скрыть это печальное событие, сейчас очень важно собрать и систематизировать сведения по всем этим случаям: какая вакцина, какое было состояние ребенка, какой официальный диагноз был выставлен выставлен. Важно - для того, чтобы не допустить повторения.

У нас есть только один способ сбора информации - обращаться с вопросами к родителям погибших детей. Я понимаю: им сейчас очень трудно и больно, общаться с ними нелегко, но делать это нужно. Поэтому я обращаюсь к своим читателям с просьбой, по возможности, помочь в установлении контакта.

По всей видимости, родители ребенка живут в 12-м доме микрорайона "Молодежный". К сожалению, другой информации на данный момент нет.

Спасибо.

Гламур

Про журналістську солидарність

Originally posted by kirkach_denis at Про медіа-війни та претензії
Я вже не думав, що до цієї теми знов доведеться повернутися. Здавалося, що з текстів, викладених в блозі моєї колеги Яни Осадчої все зрозуміло. Виявилося, що ні. Тепер треба пояснювати, чому так довго мовчав та нащо все це розповів. Та на чию адресу мої претензії. Що ж, доведеться знов звернутися по допомогу до епістолярного жанру. Цей текст можна вважати офіційним зверненням до колег, відкритим листом чи просто черговим ЖЖ-шним висЄром – кому, як більше подобається.
 
Я приєднався до звернення Яни з метою підтримати колег та попередити інших «потенційних редакторів». Просто той, хто так само, як я поведеться на зарплатню, яку запропонують йому «нєдєльні» керівники знає, з чим може зіткнутися. А там, хай сам вирішує – всі ми люди дорослі… Я не ставив собі за мету «зіштовхнути Притикіна та Пєтрова», «підсидіти когось з керівництва», як вже встигли написати на одному з луганських блогів. Нащо воно мені?!. Вже був сумний досвід співпраці. Нерви, як відомо, не відновиш… Мені вистачить сил та можливостей реалізовувати себе в інших ЗМІ. Я просто поділився невеличкою частиною своїх алчевських спогадів. Про те, як запускав проект, в успіх якого поставлені наді мною «старші порадники» не вірили з самого початку.
Наразі в мене жодних претензій до Петрова та самої «Нєдєлі». Зі мною розрахувалися майже одразу. Спочатку не хотіли підписувати заяву, тож довелося відсилати її на адресу редакції замовним листом, але нічого – гроші мені виплатили та трудову повернули. І я з почуттям великого полегшення повернувся на попереднє місто роботи.
Чому не розповів Петрову? А нащо?! А що засновник не знає, що відбувається в нього на підприємстві?! Це ж навіть смішно: як в історичному анекдоті про наївного дідуся, який писав листа доброму Сталіну, повідомляючи йому про голод та розстріли. Не в тому річ. Нічого б не змінилося, коли я, чи Луговський розповіли йому. Нічого не зміниться й зараз. Власне, це його топ-менеджери, хай сам з ними розбирається. Просто, нам, колеги, треба бути розумнішими та тричі подумати, перед тим, як повестись на обіцянки мани небесної. Не завжди те, що обіцяють вам добрі дяді з тьотями може виповнитись. Принаймні я в цьому переконався.  
Чому довго мовчав? Це, звісно, питання. Я – жива людина. І, як і більшість з нас, я прагнув якнайшвидше забути неприємне, повернутися до звичного життя. Я й зараз не відчуваю великого кайфу, згадуючи все це… Але ж, коли ситуація нагадує систему: випадок з Осадчою, Івановою, іншими авторами, які побоялися виступати відкрито - скільки ж можна було мовчати?!. Це, вибачте за пафос, журналістська солідарність. Подумайте, якщо ми не змусимо себе поважати, то нас ніхто й не поважатиме. 
Гламур

Глянец по-лугански

Обращение к СМИ журналистов Дениса Киркача и Григория Луговского

Денис Киркач, журналист и ведущий программ ТРК «ИРТА»:

Я долго молчал об этой истории. Но решил прервать молчание, когда узнал, что так поступили не только со мной. Поэтому я хочу предостеречь своих коллег.

Весной 2009-го года мне предложили сотрудничество в ООО «Неделя» в качестве внештатного автора газеты «Неделя».

Осенью этого же года главный редактор газеты Оксана Сабардина предложила мне поработать редактором глянцевого журнала ««Partyzone Magazine»». Мне предложили хорошую зарплату, и я согласился.

Я отредактировал два номера журнала и написал заявление об уходе. Почему? Все начиналось отлично. Проект запускался с нуля, мне все обещали помогать и дали карт-бланш набирать команду.

«А какие пообещаем авторам гонорары?» - спросил я у «старшего советчика» Оксаны Сабардиной. Она назвала сумму, являющуюся прямо таки астрономической для луганских изданий. Понятно, что от авторов, желающих для нас писать, не было отбоя. Когда же пришла пора расплачиваться, и я принёс гонорарную ведомость, одной из первых круглые глаза по поводу заявленных к выплате сумм, сделала Сабардина. Авторские гонорары урезали в несколько раз. Претензии по этому поводу выслушивал я.

Позиция луганского журналиста Олега Притыкина, который также «курировал» журнал, очень удивила. До нашего «сотрудничества» в журнале мы были с ним знакомы и поддерживали приятельские отношения. В журнале его в буквальном смысле навесили нам в помощь.

Помощь заключалась в необоснованном снятии материалов им же до этого утверждённых. Понятно, что все авторские возмущения по этому поводу тоже выслушивал я.

Я считаю, что своими действиями Оксана Сабардина и Олег Притыкин подставляют учредителя, депутата Луганского областного совета Константина Петрова.

Григорий Луговской, бывший редактор глянцевого журнала «Partyzone magazine»

Я, Григорий Луговской заявляю, что руководство ООО «Неделя», выпускавшее этот журнал, систематически нарушало свои денежные обязательства перед сотрудниками, а также грубо вмешивалось в творческий процесс. Более того, я был свидетелем того, что руководители предприятия, завышали полиграфические расходы на издание журнала, при этом «экономя» на журналистах.

Патронировать издание журнала владелец медиахолдинга Константин Петров поручил редактору алчевской городской газеты «Неделя» Оксане Сабардиной и луганскому журналисту Олегу Притыкину.

Журнал вышел в свет всего три раза, при этом несколько раз поменяв редактора. Скажу, что в руководстве «Недели» веры в «Partyzone magazine» не было с самого начала. Причинами быстрой смерти «Partyzone magazine» стали отсутствие возможности строить вообще какие-либо творческие планы плюс «ограниченный бюджет» - на него ссылаюсь, когда урезали первоначальные размеры гонораров и не платили зарплату работникам редакции.

Перед выходом третьего номера меня поставили перед фактом, что «редакция теперь будет работать на гонорарной системе». Как я сказал тогда г-ну Притыкину, «Неделя» хочет делать журнал столичного уровня по таджикским расценкам.

Цинизм речей об «ограниченности бюджета» я по-настоящему оценил, когда случайно увидел счет из типографии, где печатался наш журнал. Стоимость полиграфических услуг по моим подсчетам там была завышена на четверть.

Не удивительно после этого, что инвестор – депутат Луганского областного совета Константин Петров посчитал издание «Partyzone magazine» делом неприбыльным и рискованным.

А руководство «Неделя» смогла облегченно вздохнуть и вернуться к любимым «утечкам воды и социально-бытовым конфликтам». Но даже если бы выпуск журнала было решено продолжать, то новый штат «мальчиков для битья» пришлось бы искать слишком долго.

Читайте также:

Обращение к СМИ

Гламур

Обращение к СМИ

Я, журналист Яна Осадчая, заявляю о том, что ООО «Неделя», которое занимается выпуском медиапродукции (газеты, сайт, журнал) препятствует выполнению профессиональных журналистских обязанностей и годами не выполняет обязательства перед коллективом редакции – не выплачивает зарплату, увольняет сотрудников, которые не согласны терпеть «беспредел» редакционной «политики» ООО «Неделя».
В августе 2011 года я получила предложение от журналиста Олега Притыкина возглавить сайт «Неделя +».
По словам Олега Притыкина, он является доверенным лицом депутата Луганского областного совета Константина Петрова (фракция Партии регионов Украины), которому принадлежит сайт и так называемый медиа-холдинг «Неделя».
По словам Притыкина, после провала выпуска «Partyzone Magazine» - «первого глянцевого журнала Луганщины» - дела у холдинга идут неважно. Нужна «новая кровь» - чтобы, когда Константин Петров будет выдвигаться в народные депутаты Украины, у него было мощное информационное сопровождение.
У меня была работа и были сомнения – стоит ли принимать это предложение? Последние несколько лет я слышала от знакомых журналистов, что медиа-холдинг «Неделя» не выполняет своих обязательств перед журналистами.
Исходя из этих обстоятельств, я согласилась, поставив твердое условие – я трудоустраиваюсь официально и занимаюсь исключительно информационным наполнением сайта, - без «политической составляющей». Выпускаю только полностью проверенные материалы, соответствующие журналистским стандартам.
Координирую свои действия исключительно с Олегом Притыкиным – как доверенным лицом инвестора, и ни с кем иным из сотрудников холдинга, потому что, по слов Притыкина, «в холдинге полный бардак и нужно, наконец, организовать работу».
Я поехала в офис ООО «Неделя» в г. Алчевск Луганской области и отдала бухгалтеру трудовую книжку. В тот день меня не оформили, Притыкин пообещал, что это сделают «задним числом», однако я могу не беспокоиться и приступать к работе.
С 1 октября 2011 года я получила ключи от оф. 306 по адресу ул. Советская, 48 и приступила к выполнению своих обязанностей – получила право администрировать сайт «Неделя+», согласие на привлечение внештатных сотрудников на гонорарной основе.
У меня есть доказательства, что я готовила материалы для сайта «Неделя+», сама выставляла материалы, а также материалы (фото, видео) сотрудников, работавших на гонорарной основе.
Однако уже через два дня я стала получать указания от Олега Притыкина: снимать те или иные новости, не ставить те или иные комментарии. По словам Притыкина, это «может подставить «хозяина» и Партию регионов». Доходило до смешного: Олег Притыкин звонил мне ночью и жаловался, что я своими действиями «подставила весь коллектив»: сократила заголовок новости, в котором было 14 слов, а «босс» очень по этому поводу сердит».
Я готова обговаривать любые претензии к моей работе, но господа наниматели могли бы представить результаты сотрудничества со мной и до того, как предложили поставить на ноги их сайт. Я – профессиональный журналист, работаю с 1998 года и, занимала должности главного редактора областных общественно-политических изданий «Время Луганска», «Резонанс», «Молодогвардеец».
Однако 13 октября, когда я воспротивилась публикации непроверенной информации, мотивируя это тем, что ее издание может повлечь за собой судебный иск на крупную сумму, меня просто «забанили» - исключили из числа администратора сайтов. Когда я дозвонилась Притыкину и высказала свое возмущение, он мне заявил, что публикация «жареных» материалов повышает рейтинг сайта, а это нравится «хозяину».
Я ответила, что я не нанималась для ублажения его «хозяина» и, если они решили больше со мной не сотрудничать, я должна получить заработанное, а к этому – компенсацию за внезапное увольнение, за статьи в газете холдинга и гонорары внештатному сотруднику, которому я заплатила деньги из собственного кармана.
На это Олег Притыкин, который заявлял, что он директор ОО ответил, ответил: он занимается только «техническими вопросами», а все финансовые вопросы в холдинге решает соучредитель – Оксана Сабардина. По словам Притыкина, у меня «произошел конфликт с соучредителем, поэтому, соучредитель сказала, что я у них больше не работаю». За это время меня так и не трудоустроили официально – Олег Притыкин ссылался на занятость, усталость и болезни.
На 8 ноября 2011 года я не получила никакой компенсации за работу, незаконное увольнение, а, также, гонораров, обещанных фрилансерам.
Я уточнила информацию – в Луганской области есть несколько журналистов, пострадавших морально и материально от произвола руководства ООО «Неделя».
В связи с этим, я обращаюсь к коллегам быть осторожными, когда имеете дело с «работодателями» из ООО «Неделя».
Со своей стороны, я буду добиваться, чтобы «медиохолдинг» «Неделя» был проверен контролирующими органами: инспекцией по охране труда, налоговой инспекцией, Луганской прокуратурой.
Яна Осадчая,
Тел. 050 214 50 51

Facebook

guculka@gmail.com