Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Гламур

Глянец по-лугански

Обращение к СМИ журналистов Дениса Киркача и Григория Луговского

Денис Киркач, журналист и ведущий программ ТРК «ИРТА»:

Я долго молчал об этой истории. Но решил прервать молчание, когда узнал, что так поступили не только со мной. Поэтому я хочу предостеречь своих коллег.

Весной 2009-го года мне предложили сотрудничество в ООО «Неделя» в качестве внештатного автора газеты «Неделя».

Осенью этого же года главный редактор газеты Оксана Сабардина предложила мне поработать редактором глянцевого журнала ««Partyzone Magazine»». Мне предложили хорошую зарплату, и я согласился.

Я отредактировал два номера журнала и написал заявление об уходе. Почему? Все начиналось отлично. Проект запускался с нуля, мне все обещали помогать и дали карт-бланш набирать команду.

«А какие пообещаем авторам гонорары?» - спросил я у «старшего советчика» Оксаны Сабардиной. Она назвала сумму, являющуюся прямо таки астрономической для луганских изданий. Понятно, что от авторов, желающих для нас писать, не было отбоя. Когда же пришла пора расплачиваться, и я принёс гонорарную ведомость, одной из первых круглые глаза по поводу заявленных к выплате сумм, сделала Сабардина. Авторские гонорары урезали в несколько раз. Претензии по этому поводу выслушивал я.

Позиция луганского журналиста Олега Притыкина, который также «курировал» журнал, очень удивила. До нашего «сотрудничества» в журнале мы были с ним знакомы и поддерживали приятельские отношения. В журнале его в буквальном смысле навесили нам в помощь.

Помощь заключалась в необоснованном снятии материалов им же до этого утверждённых. Понятно, что все авторские возмущения по этому поводу тоже выслушивал я.

Я считаю, что своими действиями Оксана Сабардина и Олег Притыкин подставляют учредителя, депутата Луганского областного совета Константина Петрова.

Григорий Луговской, бывший редактор глянцевого журнала «Partyzone magazine»

Я, Григорий Луговской заявляю, что руководство ООО «Неделя», выпускавшее этот журнал, систематически нарушало свои денежные обязательства перед сотрудниками, а также грубо вмешивалось в творческий процесс. Более того, я был свидетелем того, что руководители предприятия, завышали полиграфические расходы на издание журнала, при этом «экономя» на журналистах.

Патронировать издание журнала владелец медиахолдинга Константин Петров поручил редактору алчевской городской газеты «Неделя» Оксане Сабардиной и луганскому журналисту Олегу Притыкину.

Журнал вышел в свет всего три раза, при этом несколько раз поменяв редактора. Скажу, что в руководстве «Недели» веры в «Partyzone magazine» не было с самого начала. Причинами быстрой смерти «Partyzone magazine» стали отсутствие возможности строить вообще какие-либо творческие планы плюс «ограниченный бюджет» - на него ссылаюсь, когда урезали первоначальные размеры гонораров и не платили зарплату работникам редакции.

Перед выходом третьего номера меня поставили перед фактом, что «редакция теперь будет работать на гонорарной системе». Как я сказал тогда г-ну Притыкину, «Неделя» хочет делать журнал столичного уровня по таджикским расценкам.

Цинизм речей об «ограниченности бюджета» я по-настоящему оценил, когда случайно увидел счет из типографии, где печатался наш журнал. Стоимость полиграфических услуг по моим подсчетам там была завышена на четверть.

Не удивительно после этого, что инвестор – депутат Луганского областного совета Константин Петров посчитал издание «Partyzone magazine» делом неприбыльным и рискованным.

А руководство «Неделя» смогла облегченно вздохнуть и вернуться к любимым «утечкам воды и социально-бытовым конфликтам». Но даже если бы выпуск журнала было решено продолжать, то новый штат «мальчиков для битья» пришлось бы искать слишком долго.

Читайте также:

Обращение к СМИ

Жратва

Новопсков - красивые места, здесь семья, здесь мамка родила…

Продолжаем знакомство с талантами Луганщины. Это Сень. Он сочинил песню про Новопсков!



Песню о Брянке - слушать и смотреть тут

Пора проводить "луганщина має талант"
Губки

Вместо рекламы

Шипот – это водопад в Закарпатье. А еще «Шипот» – это фестиваль неформалов. Последнее звучит тупо, поскольку сегодня объяснить – что такое неформал – могут разве что питерские менты, причислившие недавно эмо, металлистов, киноманов и пр. к категории экстремистов. О Шипоте написал целую книжку Любко Дереш.

Говорят, что современному Шипоту не хватает рок-концертов. Но в Украине нет Джимми Хендрикса, а остальные команды пусть развлекают молодой украинский этнос на куче других сейшнов, которых летом только в западной Украине тьма тьмущая.

Говорят, что современному Шипоту не хватает уличной торговли. На всю жизнь не запасешься, а ближайший магазин находится в ближайшем селе, спускаться туда - километра три. Километр подъема с купленным бухлом наверх идет за два. Но если в следующем году на поляне появятся лотки с пивом, чипсами и сигаретами, еще через год поставят био-туалеты и умывальники. Придумают шоу-программы с дискотеками. Сделают рекламу. И идею Шипота можно хоронить под плиткой, которую, безусловно, проложат, чтобы приезжающие не били обувь о закарпатские камни. Поставят дежурную «скорую» и ментовский уазик. И менять хлеб на траву станет уже нельзя…



Шипот – это некая хиповская утопия, уже разбавленная присутствием панков, бычар и посторонних наблюдателей. Говорят, что Шипот делает человека самим собой. Обнажает и обостряет чувства, снимает маски.

Здесь можно бегать под дождем голым, читать стихи, блевать там, где стошнило, петь и пить в таких количествах, как вздумается. Тебя никто не осудит. До тех пор пока проявления твоей свободы не начинают ограничивать чужую…

Collapse )
  • Current Music
    Збиранка - Кедь ми прийшла карта
  • Tags
Гламур

Коммунист и его диван

 Иду я однажды по родному городу – настроение неважное.  По пути зашла в супермаркет – известный луганчанам как вотчина братьев-бизнесменов-депутатов Снаговских, неподалеку от гостиницы «Советская» (черт бы побрал, эти названия), ну а для всех остальных достаточно знать, что продают в этом супермаркете все: от дешевой, но качественной обуви, которая меня как раз и интересовала, до шикарной мебели и золотых украшений. Так, вот. Выхожу я, значит, из магазина, а навстречу мне выруливает народный депутат Украины от Компартии Спиридон Килинкаров, собственной персоной, так сказать. За ним трое «товарищей» вытаскивают из стеклянных дверей супермаркета шикарный кожаный диван. 

Поздоровались. 


- Диванчик прикупили?
– ехидно так спрашиваю.

Товарищ Килинкаров молчит. Через секунду «опановуе» себя и говорит: 

- Что ж эта ваша газета про меня не правду пишет? А? Пишете, что я квартиру в Киеве получил. Но это ж не правда. Я просто написал заявление на улучшение жилищных условий. Жил в гостинице «Днепро», а теперь живу в гостинице «Киев». И все.. А вы пишете.. У меня же.. у меня же.. ничего нет! 

Не успела я растрогаться и пожалеть бедного защитника пролетариев, как произошло жестокое палево. Один из тех мужиков, что волок диван, вклинился в наш разговор и  спросил: 

- Палыч! Куда везти диван-то?

Засим разговор закончился, товарищ коммунист стушевался, дал мне свой мобильный номер и исчез с моего поля зрения. 

Депутатская зарплата, конечно, позволяет приобретать диванчики за 8 с копейками тысяч (цену на следующий день зашла посмотрела, журналист я, или кто???), и не хочу я сказать, что меблю эту первый секретарь обкома партии купил за взносы бабушек и ветеранов, дабы на этом диване умные мысли в его светлую голову приходили – как-то вернуть колбасу по 2.20 в продовольственные магазины. К тому же, коммунисты 80-х и 90-х всегда любили мягкие кресла и диваны, ибо это что ж за обком без удобных седалищ, когда заднице не уютно и не мягко. Кресло и диван для коммуниста – символ власти, как для монарха российского скипетр и держава…  

Бесило другое – ложь и притворство. Бесили игры в слугу народа, который, как водится, якобы доедает крошки с хозяйского, то бишь, народного стола. И еще было жаль тех людей, которые на следующих выборах собрались голосовать за этих запроданцев, видя в них свою молодость и привычный жизненный расклад, ни чем не отличающийся от крепостного «вот приедет барин,  барин нас рассудит»…